13 апреля 2017        358         Комментарии к записи Колька отключены

Колька

На улице было холодно, а здесь, в колодце теплосетей, мальчишек разморило от тепла труб. Они устроились на старом матраце и болтали о разном.
Уже вечерело. Мальчишки решили погреться, а потом пойти к ночным барам «стрельнуть» себе что-нибудь на ужин.
Колька впервые убежал из дома. И теперь постигал науку самостоятельной жизни. Его «учителями» были Ромка и Женька, такие же по возрасту. Но они уже давно живут, где придётся. На одном месте долго нельзя, выловят. Вот они и перебираются с одной «ночлежки» в другую. Можно ещё ночевать в подъездах, на чердаках. Но там холодно. Тепло в подвалах да в колодцах.
Сегодня день был не очень удачный. Бутылок зимой почти не бывает, а деньги тоже не часто дают. Очень хотелось есть. Они надеялись, что подвыпившие «крутые» раскошелятся для них. Ромка говорил, что можно предложить посмотреть за машиной, пока те будут сидеть в кафе, а можно просто попросить на еду.
Колька уже целую неделю жил с новыми друзьями. Те деньги, что тайком взял у матери, кончились быстрее, чем он рассчитывал. Было тоскливо. От голода или от того, что хотелось помыться и выспаться в чистой постели, а может, ещё от чего-то пришла эта тоска. Он изо всех сил старался не думать. Но мысли сами лезли в голову, как надоедливые мухи летом.
Вернуться домой? Было стыдно за украденные деньги. Раньше он боялся, что выпорют. А сейчас его уже не бьют дома. То ли от того, что стал длинным, ростом почти с бабушку, то ли ещё от чего. Колька решил не возвращаться. «Пусть поищут, пусть поплачут», — зло и мстительно думал он.
Бабушку было немного жалко, ведь она любила его, как умела, заботилась о нём. Но к матери у него жалости не было. Была обида. За то, что любила Кольку совсем мало, а может, и не любила вовсе?
Он вообще не знал, как это должны любить по-настоящему. Когда-то он думал, что любят, значит всё разрешают, всё покупают. Но потом как-то вдруг понял, что это не любят, а просто откупаются. Это когда мать исчезала на несколько дней, потом появлялась такая виноватая. И всё тогда Кольке можно было просить у неё, всё ему разрешалось, всё прощалось и покупалось то, о чём в другое время даже и мечтать не разрешили бы. Помнится, Колька дорожил такими минутами и даже планировал, что попросить. Но настало время, когда не захотелось ничего просить, да и всякие шалости не доставляли радости.
Так постепенно в его душе образовалась пустота. Конечно, бабушка забирала Кольку к себе, но она постоянно ворчала, осыпая бранными словами Колькину мать, что ему совсем не нравилось. В такие минуты он принимался насвистывать песни, ронять что-нибудь на пол или включал телевизор так, что соседи могли бы выключить звук у своего, если смотрели ту же программу. Бабушка переключалась на него, забыв на время свою обычную тему. А Колька терпел, терпел сколько мог, а потом убегал на улицу, забыв об уроках, ворчливой бабушке, маме, которую он любил, но которая так часто забывала о нём. Там, на улице, его никто ничем не упрекал, ничего не спрашивал. Просто было весело, интересно.
Когда все расходились по домам, ему не хотелось идти к бабушке, чтоб слушать «продолжение», а мамы частенько не было дома. Он подолгу задерживался на улице. Там и познакомился с ребятами, которым тоже не хотелось идти домой.
Женька часто говорил:
— Не пойду, опять отчим будет ремнём воспитывать за «двойку», да ещё приговаривать, что человека из меня сделать хочет. А сам кто? Алкаш. Эх, как жили мы с мамкой, когда его не было…
Конечно, у Кольки всё не так. Его не били за что попало. Да и отчима не было. Куда уходила мать, он не знал, а узнать страшился. Хотелось хоть думать о хорошем или уж не о совсем плохом. Поэтому он всегда думал, что она на работе, в командировке. Бывают же такие работы, на которых надо ехать в командировку обязательно?!
Но когда мальчишки постарше сказали на Колькину мать плохие слова, его как будто кто-то грубо ударил, да прямо в самое сердце, потому что оно вдруг там, в груди, трепыхнулось и кольнуло, потом стало как камень тяжёлым, отчего пропала вся сила, а из глаз полились слёзы. Колька тогда еле смог уйти подальше, в темноту ночи, туда, где никто не увидел его боли и обиды, его бессилия. Вот тогда он и решил уйти из дома.
Пусть у него не будет дома, не будет близких, и не будет позора. Он будет всем говорить, что его родители умерли. Он научится сам зарабатывать себе на жизнь. Так думал он, сидя в тёплом колодце.
По улице ходили люди, но шаги их раздавались всё реже. Скоро мальчишкам время выходить из своего убежища. Но ночь ещё не спрятала всё под своё покрывало, а значит, у них есть время на отдых. От тепла разморило. Мальчишки, забыв про голод, тихо сопели, засыпая под свои нелёгкие думы и воспоминания.
Спал Колька. И снился ему дом, мама в своём пёстром халате что- то готовит у стола, смеётся и смотрит на Кольку. А он видел себя чистым, нарядно одетым и таким счастливым-счастливым, каким он никогда не был в настоящей жизни.

Источник

Другие произведения автора

Новости от партнеров
Реклама от партнеров